Адрес редакции:

129110, Москва, Проспект Мира, дом52/1.

Тел./факс: (095) 288-2401

Тел.: (095) 284-3351

This site best viewed with I.E. 5.0 or higher, 1024/768 resolution.

(C) Copyright by Ballet Magazine, 2000.

Design by L.i.D.

Белая роза для красного танго

оглавление

«Танго... роза для Хорхе Донна»
Миланский балет

В конце октября на сцене Большого театра был показан балет «Танго... роза для Хорхе Донна». Для России Донн по-прежнему остается первым артистом Мориса Бежара, танцовщиком-легендой ХХ века, ушедшим из жизни в самом расцвете сил. Поставил «Танго» француз Дени Гане, бывший солист труппы Ролана Пти, ныные – художественный директор «Миланского балета».
С Хорхе Донном Гане был знаком много лет, необыкновенно ценил его, но друзьями они, по-видимому, не стали. И может быть, сожалея об этом, он назвал главного героя (Гане танцует его сам) Другом Хорхе Донна. По словам Гане, он задумал балет о «лунной» душе Хорхе Донна и его «солнечной энергии».
«Солнечной энергии» Донна Гане отдал первую часть представления, построенного целиком в стиле танго. Родина Хорхе Донна - Аргентина, и именно аргентинское танго, тонущее в красном мареве сцены, призвано отнести зрителей к корням танцовщика-Маугли, вышедшего, по словам В.Гаевского, «из аргентинских театральных джунглей». Но здесь танго оказалось, увы, монотонно-затянутым действием, исполняемым без необходимого куража. Тем не менее танцовщики выглядели более техничными по сравнению с женской половиной молодой труппы «Миланского балета».
Вторая часть балета – долгие, даже слишком, реминисценции из бежаровских медитативных барочных балетов, из бежаровского периода жизни Донна. Но самое начало – по-настоящему эффектно: за тюлем, в глубине сцены, в ярко-синем свете на фоне ряда пустых пюпитров из тумана движется одинокая фигура дирижера, управляющего невидимым оркестром... Звучит Малер... Звуки Пятой симфонии, неизбежно вызывающие воспоминания о море по финальным кадрам великого фильма Висконти «Смерти в Венеции», и образ самого Хорхе Донна в исповедальном монологе «Адажиетто» сливаются воедино.
Финал был посвящен «Болеро». Сначала над головой Дени Гане проносят красную ткань, потом его накрывают ею, как бы погребая в бежаровском красном круге, оставляя открытым только лицо танцовщика, его радостно-печальные, по-детски, широко раскрытые и устремленные вверх глаза. Это глаза того самого «ребенка-клоуна» (как однажды назвал Донна Бежар) перед его самым первым выходом на балетную арену, которая со временем, на вершине славы, вознесет его на красный помост «Болеро». В спектакле – вместо фигуры Гане – в центре круга белеет роза. Ей, этой розе, по очереди выходят кланяться все участники спектакля. Под нарастающее напряжение ритма «Болеро».
Жестко выстроенный, пронзительный финал прозвучал сильнее всего, не лишенного сентиментальности балета.

Варвара ВЯЗОВКИНА

главная

наверх

Hosted by uCoz